ПРОДЕМОНСТРИРОВАН ПЕРСПЕКТИВНЫЙ МЕТОД КОРРЕКЦИИ СОЛНЕЧНОГО ЭЛАСТОЗА

30.06.2020

Как известно, появление признаков возрастных изменений кожи обусловлено двумя процессами — естественным, хронологическим старением и старением, опосредованным действием на кожу различных внешних факторов, главным из которых является ультрафиолетовое излучение.

Фотостарение может опережать хронологическое старение, т.е. наступать раньше генетически детерминированных процессов возрастной инволюции, и в любом случае усугубляет признаки естественных возрастных изменений. При этом типе старения кожа утолщается, становится грубой и сухой, рельеф характеризуется наличием глубоких морщин, обусловленных повреждением коллагена, появлением пигментных пятен, сосудистых звездочек и актинического кератоза. На микроуровне также, как и в случае хронологического старения отмечаются дегенеративные изменения в дермальном слое, однако есть определенные особенности, и в частности такое специфическое для фотостарения явление, как солнечный эластоз.

Эластиновые волокна гораздо тоньше и короче коллагеновых, они расположены поодиночке и сшиты друг с другом так, что формируется сетчатая структура. Сеть легко растягивается и быстро возвращается в исходное состояние после того, как перестает действовать внешняя сила. Эластиновые волокна, как и следует из их названия, обеспечивают эластичность кожи.

Кроме зрелых «истинных» эластиновых волокон, различают волокна элауниновые и окситалановые волокна — их предшественники. Тончайшие окситалановые волокна состоят только из пучков микрофибрилл диаметром 10–12 нм и обычно расположены перепендикулярно базальной мембране в сосочковом слое дермы. Они устойчивы к растяжению, но эластичность их невысокая. Элауниновые волокна кроме микрофибрилл содержат также пакеты аморфного компонента (около 30–50% от всей массы волокон), а зрелые эластиновые волокна примерно на 90% состоят из аморфного компонента.

При повторяющемся воздействии УФ-излучения нарушается образование эластиновых волокон — снижается продукция фибриллина-1 и входящих с ним в состав микрофибрилл гликопротеинов MAGP-1 и -4. Как следствие, наблюдается формирование неполноценных укороченных эластиновых волокон. Одновременно с этим усиливается экспрессия версикана — протеогликана, который в значительном количестве откладывается на образовавшемся аномальном эластиновом материале. Эта массивная аккумуляция эластоидных масс в верхнем и среднем слоях дермы наряду с повышенной деградацией коллагена является главным патогистологическим признаком фотостарения кожи.

Стволовые клетки жировой ткани и солнечный эластоз

С возрастными изменениями борются разными способами, и одно из наиболее перспективных направлений — регенеративная медицина, использующая клеточные технологии и, в частности, стволовые клетки жировой ткани (СКЖТ). Как и другие мультипотентные мезенхимальные стволовые клетки, они могут дифференцироваться в нескольких направлениях и обладают рядом специфических свойств — стимулируют регенерацию других клеток, активируют неоангионегез, модулируют местные воспалительные реакции и т.д.

Группа ученых из Италии и Бразилии изучила эффекты СТЖК для терапии кожи лица с выраженными признаками фотостарения, обратив особое внимание на изменения внеклеточного матрикса [4]. В работе приняли участие 20 здоровых добровольцев, 16 женщин и 4 мужчины в возрасте от 45 до 65 лет, которым планировалось выполнение хирургических процедур по омоложению лица (фейслифтинг). Все участники проживали в зонах интенсивного воздействия солнца и имели кожу IV (n = 9) и V (n = 11) фототипов по Фицпатрику. Критериями исключения являлось пристрастие к курению, заболевания соединительной ткани, гематологическая или гемадинамическая патология, аутоиммунные и метаболические нарушения, а также агрессивные эстетические процедуры в последние 6 месяцев.

Мезенхимальные стволовые клетки были получены из липоаспиратов абдоминальной зоны, размножены в условиях in vitro на протяжении трех недель, а затем введены в кожу лица пациентов — в переднюю околоушную зону на расстоянии 2 см от козелка. У некоторых пациентов наблюдались местные реакции сразу после инъекции клеток, такие как эритема в месте инъекции, отек, кровоподтеки или формирование уплотнений. Однако эти реакции не требовали какого-либо клинического вмешательства и самостоятельно разрешались в срок до 48 часов. Никаких отсроченных негативных реакций не наблюдалось.

У всех участников были получены биоптаты кожи — забор проводился из необработанных участков (0,5 см от козелка), а через 3–4 месяца после выполнения инъекций участникам были выполнены пластические операции, во время которых были получены биоптаты тканей из зоны введения СКЖТ.

Гистологический анализ показал, что все субъекты, включенные в исследование, имели признаки выраженного солнечного эластоза до начала эксперимента — количество окситалановых и элауниновых волокон в их коже было очень низким, при этом укороченных и поврежденных эластиновых — наоборот велико. Кроме того, в как в поверхностных, так и в глубоких слоях дермы наблюдались очаги отложения эластиновых масс.

Однако гистологическая картина образцов, полученных из зон введения СКЖТ спустя 3–4 месяца после процедуры, выглядела существенно иным образом. Так, в субэпидермальной области наблюдалось формирование новых окситалановых и элауниновых волокон с восстановлением папиллярной структуры дермально-эпидермального соединения (что можно расценивать как признак потенциального улучшения состояния эпидермиса). Количественный анализ подтвердил значительное увеличение (р = 0,0052) фибриллина и тропоэластина (р = 0,0203) в обработанной коже.

Что касается изменений в глубоких слоях дермы, отмечалось существенное снижение числа эластотических отложений, дефектные массы замещались нормальной сетью эластиновых волокон, хотя процесс неоэластогенеза шел менее интенсивно, чем в поверхностных слоях. Скоординированному удалению патологических отложений и их замещению нормальными эластиновыми волокнами сопутствовала активации ферментов катепсина К (способного связываться с нерастворимым полимеризованным эластином) и матриксной металлопротеиназы 12, также известной как макрофагальная металлоэластаза.

Выводы

Нужно отметить, что данное исследование включало небольшое число участников, чтобы сделать выводы о безопасности такого подхода, однако в ее поддержку свидетельствуют многочисленные исследования из других сфер регенеративной медицины. В любом случае необходимы дальнейшие исследования в этой области, в том числе и для того, чтобы определить критическое для эффективности процедуры количество клеток. Однако учитывая то, что целевых методов коррекции солнечного эластоза немного, введение СКЖТ может быть очень перспективным направлением. 

Подробнее об этом исследовании и эффектах стволовых клетках, а также других интересных открытиях и эффективных терапевтических подходах, читайте в ближайшем номере журнала  «Инъекционные методы в косметологии». Следите за нашими обновлениями!

Источники:

Charles-de-Sá L., Gontijo-de-Amorim N.F., Rigotti G. et al. Photoaged Skin Therapy with Adipose-Derived Stem Cells. Plast Reconstr Surg 2020; 145(6): 1037e-1049e.

Вместе с этими статьями также читают
 
×