Инъекции гиалуроновой кислоты давно стали частью повседневной практики эстетической медицины. Однако даже при широком распространении и в целом благоприятном профиле безопасности они могут сопровождаться редкими, но клинически значимыми осложнениями. Одно из них — вторичная очаговая алопеция после введения гиалуронового филлера.

В статье, опубликованной в журнале Clinical, Cosmetic and Investigational Dermatology в 2025 году,авторы представили собственный клинический случай такого осложнения и выполнили обзор публикаций за 2000–2024 годы, чтобы оценить, как часто подобная проблема встречается, как она проявляется и какие подходы к ведению пациентов уже описаны в литературе [1].

Клинический случай: как развивалось осложнение

В статье представлен случай 23-летней пациентки, которой выполнили аугментацию лица с введением 5 мл филлера на основе гиалуроновой кислоты в левую лобную область. Сама процедура, по описанию авторов, прошла без немедленных инцидентов, однако через 4 дня в зоне инъекции появились локальная эритема и боль. После нескольких дней сохраняющейся болезненности пациентка обратилась в клинику, где получила три сеанса гиалуронидазы суммарной дозой 1500 ЕД. Боль уменьшилась, но к 15-му дню после инъекции пациентка заметила участок выпадения волос с поверхностными корками, и процесс продолжил прогрессировать.

При поступлении в стационар очаг имел четкие границы, а дермоскопическая картина включала черные точки, сломанные волосы, снижение плотности волос, шелушение и эритематозные участки. Авторы сочли временную связь с процедурой и клиническую картину достаточными для постановки предварительного диагноза гнездной алопеции, индуцированной гиалуроновым материалом [2].

Как лечили пациентку

На первом этапе пациентке местно назначили гель с основным фактором роста фибробластов (basic fibroblast growth factor, bFGF) однако выраженного самостоятельного восстановления роста волос не произошло.

После отсутствия заметного эффекта от стартовой консервативной терапии авторы использовали комбинированный подход: инъекции концентрата факторов роста (Concentrated Growth Factor, CGF), микронидлинг и наружный 5% миноксидил. CGF получали из аутокрови методом дифференциального центрифугирования, затем вводили в очаг из расчета 0,1–0,2 мл/см² на глубину 2 мм. После этого выполняли микронидлинг роллером с иглами длиной 1,5 мм, а затем наносили 5% миноксидил, рассчитывая усилить его проникновение через микроканалы в коже.

Всего пациентка прошла три процедуры с интервалом 1–2 недели. По данным статьи, на фоне лечения нежелательных явлений не наблюдалось. Через 4 месяца авторы зафиксировали полное восстановление роста волос как клинически, так и по дермоскопической картине.

Для единичного клинического наблюдения это обнадеживающий результат, однако сами авторы не делают из него окончательных выводов о стандарте терапии и подчеркивают необходимость дальнейшего изучения такого подхода.

Что показал литературный обзор

Наиболее сильная сторона работы — не только описание собственного случая, но и попытка систематизировать уже опубликованные наблюдения. Авторы нашли 13 полнотекстовых статей, в которых суммарно были описаны 19 пациентов с гнездной алопецией после инъекций гиалуроновой кислоты. Среди них было 18 женщин и 1 мужчина.

Чаще всего выпадение волос развивалось в срок от 1 до 4 недель после косметологической процедуры. Наиболее частой зоной введения филлера оказалась височная область, а очаги алопеции обычно формировались рядом с местом инъекции.

Для подтверждения диагноза в разных публикациях использовали трихоскопию, дерматоскопию, ультразвуковое исследование и гистологический анализ. Дермоскопические признаки, описанные в литературе, включали черные точки, сломанные волосы, белые или желтые точки, снижение числа фолликулов и сосудистые изменения, что делает этот инструмент особенно полезным в ранней диагностике и наблюдении за восстановлением волос [2].

Возможные механизмы: почему после филлера может развиться алопеция

Авторы рассматривают несколько вероятных механизмов осложнения.

1. Экстраваскулярная компрессия сосудов из-за большого обьема препарата и его гидрофильных свойств.
2. Вутрисосудистая эмболизация гиалуроновой кислотой.
3. Воспалительное повреждение тканей. 

В представленном авторами случае наиболее вероятным объяснением названа так называемая алопеция, связанная с повышением тканевого давления, ухудшением перфузии и ишемией волосяных фолликулов. В ряде публикаций, включенных в обзор, сосудистый компонент также рассматривался как ключевой механизм этого осложнения [4].

Именно поэтому первыми тревожными признаками после инъекций могут быть не выпадение волос как таковое, а боль, эритема, онемение, ливедоподобные изменения (сетчатый, синевато-фиолетовый рисунок на коже, возникающий из-за нарушения микроциркуляции), ухудшение цвета кожи и другие симптомы ишемии. Авторы подчеркивают: если эти сигналы распознать рано, вероятность необратимого повреждения тканей ниже.

Роль гиалуронидазы и других методов лечения

В обзоре литературы гиалуронидаза была основным методом неотложной помощи: ее применяли в 16 из 19 случаев. При этом дозировки существенно различались — от 50 до 69 000 ЕД, что еще раз показывает отсутствие унифицированного протокола. Авторы считают наиболее важным как можно более раннее применение гиалуронидазы, желательно в первые 48 часов после инъекции, когда ишемическое повреждение еще может быть обратимым. Даже при более позднем введении препарат, по данным обзора, способен уменьшать боль и улучшать состояние ишемизированной кожи. В качестве способа повышения точности предлагается ультразвуковая навигация, которая помогает локализовать филлер и более прицельно ввести гиалуронидазу [3, 5].

Кроме гиалуронидазы, в отдельных публикациях использовали миноксидил, интрадермальный триамцинолон, богатая тромбоцитами плазма (PRP), основной фактор роста фибробластов (bFGF), гипербарическую оксигенацию и ботулинический токсин типа A. Эффективность этих подходов варьировала: в части случаев волосы восстанавливались полностью, в части — лишь частично, а иногда исходом становилась рубцовая алопеция.

Выводы

Практический вывод статьи предельно конкретен: профилактика важнее лечения. Авторы рекомендуют до процедуры оценивать состояние кожи головы и уточнять анамнез по выпадению волос, особенно если планируются инъекции в область лба, висков и волосистой части головы. Специалист должен хорошо знать сосудистую анатомию и зоны риска, вводить препарат медленно, под низким давлением, использовать минимально необходимый обьем и избегать гиперкоррекции. Если для достижения результата требуется больше препарата, безопаснее разделить коррекцию на несколько этапов, чем сразу вводить избыточный обьем.

Авторы также обсуждают аспирационную пробу как один из возможных способов снизить риск внутрисосудистого введения, однако подчеркивают ее ограниченную надежность. В качестве дополнительной меры безопасности рекомендуется использование тупоконечных канюль 25G и более, а также готовность специалиста немедленно распознать сосудистое осложнение и начать коррекцию [4].

При этом важно учитывать ограничения имеющихся данных. Доказательная база работы включает один клинический случай и 13 публикаций с 19 пациентами, причем методы диагностики, схемы лечения, дозы гиалуронидазы и длительность наблюдения существенно различались. Поэтому предложенные подходы не могут рассматриваться как стандартизированный протокол, однако позволяют сформировать клиническое понимание проблемы.

Главный вывод авторов заключается в том, что алопеция после гиалуроновых филлеров — осложнение редкое, но реальное. Ранняя диагностика и своевременное вмешательство имеют ключевое значение для снижения риска необратимой потери волос. Для практикующего специалиста это означает необходимость не только владеть техникой инъекций, но и быть готовым к немедленному распознаванию боли, эритемы, ливедоподобного сосудистого рисунка и других признаков ишемии как возможных предвестников более серьезного сосудистого осложнения.

Источники

1. Jia L., Xiong J., Zhao C. et al. Alopecia secondary to hyaluronic acid injection: a case report and literature review. Clin Cosmet Investig Dermatol 2025; 18: 1565–1577. doi:10.2147/CCID.S524217
2. Asz-Sigall D., Inigo-Gomez K., Ortega-Springall M.F. et al. Alopecia secondary to hyaluronic acid embolization: trichoscopic findings. Skin Appendage Disord 2019; 5(6): 396–400.
3. Zheng C., Fu Q., Zhou G.W. et al. Efficacy of percutaneous superficial temporal arterial hyaluronidase injection for hyaluronic acid filler-induced necrosis of frontotemporal skin and/or the ipsilateral scalp with subsequent alopecia. Aesthet Surg J 2023; 43(2): NP77–NP83.
4. DeLorenzi C. Complications of injectable fillers, part 2: vascular complications. Aesthet Surg J 2014; 34(4):5 84–600.
5. Schelke L.W., Decates T.S., Velthuis P.J. Ultrasound to improve the safety of hyaluronic acid filler treatments. J Cosmet Dermatol 2018; 17(6): 1019–1024.